где лучше скачать шаблоны joomla

Станиславский на Водах

Имена
Инструменты
Оформление

Постоянные посетители Вод знают, что старый театр в Ессентуках однажды соединил в людской памяти два имени – А.М. Горького и К.С. Станиславского. Это было в 1903 году. Станиславский из года в год приезжал лечиться на Кавказские Минеральные Воды, Горький же заглянул сюда во время летнего путешествия по Кавказу, которое совершал инкогнито, как обычный турист.


К.С. СтаниславскийСтаниславский, как правило, не посещал здесь спектаклей. Создателю режиссерского театра были невыносимы постановки, в которых участвовали ансамбли из случайно, «на сезон», собранных артистов разных школ. Но 3 июля в новом ессентукском театре в пьесе Горького «Мещане» играл артист его труппы Д.А. Дмитриев, и Станиславский решил посмотреть.

Горький, прибывший в этот же день из Владикавказа, увидев афишу своей пьесы, также купил себе билет. Он был сразу узнан и вслед за ним, на радость антерпренеру, билеты в кассе вмиг расхватали. Актеры взволнованно заглядывали в дырочки занавеса: сам автор будет смотреть их игру! Станиславский, ничего не подозревая, сидел в ложе. Горький разглядел в полумраке своего друга, постановщика его «Мещан» и «На дне», и, как только упал занавес, бросился к нему. Друзья ушли в парковый ресторанчик, подальше от назойливой публики.

Знакомство с курортами


Не известно, бывал ли Горький на Кавказских Водах еще, но Станиславский являлся их постоянным пациентом. Его приезды – не случайный эпизод, а часть биографии. Летом 1900 года он впервые едет на Кавказ лечиться. В письме критику С.В. Флерову Станиславский рассказывает, как врачи оторвали его от любимого дела, которым он буквально захлебывался.

С присущим ему юмором Константин Сергеевич пишет: «Еду на Кавказ на одиночное заключение… Приехал я сюда один на место моей ссылки и первые дни подумал, что я в Китае. В вагоне меня предупредили, что следует покрепче запираться в своем купе, а то может прийти кавказский человек, который будет меня немного «резил»…». В те годы Ессентуки еще имели облик пыльной казачьей станицы. «С первого взгляда не заметил ни одного дома. Какие-то избушки… Помню были свиньи, бегающие по улице, очень много пыли…» Устроившись в «так называемой здесь гостинице», он пошел по «так называемому городу». И только в парке, где была сосредоточена тогда курортная жизнь, к удивлению увидел «отлично построенные здания, фонтаны, кафе, рестораны».

Ессентукский курортный парк. Старинная открытка.В первых письмах жене Константин Сергеевич жалуется на бытовые неустройства, но быстро меняет мнение: «Здесь лучше, чем в Виши». Он выбрал врача М.С. Зернова, и ему нравилось, как доктор его «ведет». Из гостиницы Зипалова Станиславский перебирается на благоустроенную квартиру в дом Воиновой, который стал его приютом и в последующие посещения Ессентуков. «Я освоился с этой тишиной… разговаривать езжу в Кисловодск».

Дни на Водах


В 1901 году однообразие курортной жизни скрашивается обилием новых друзей. Познакомившись в санатории Зернова с молодыми актрисами малого театра А.А. Яблочкиной и Н.А. Никулиной, Станиславский вместе с ними ездит в Кисловодск принимать нарзанные ванны, показывает им живописные окрестности.

Станиславский скоро полюбил Кавказ и рекомендует своим артистам лечиться и отдыхать на Водах. Дав слово жене, что на курорте будет только лечиться, беречь нервные силы, расшатанные заботами о своем молодом театре и поисками образов в ролях, он упорно отказывается от выступлений на сценах, несмотря на мольбы антерпренеров. «Форкатти даже заплакал», - пишет он жене. Отдыхает Станиславский с удовольствием: «Теперь никаким телефонам не догнать».

Орел - символ Кавминвод.«Я в бунтующем Кавказе, - пишет он летом 1905 года актрисе Александринского театра В.В. Котляревской, - несмотря на всякие ужасы, от которых нас предостерегали, здесь спокойно и хорошо». Тем летом Станиславский изменил своему обыкновению отказываться от выступлений: в день годовщины смерти А.П. Чехова принял участие в благотворительном концерте, сборы от которого пошли на устройство «чеховской» комнаты для туберкулезных больных при санатории «Азау».

В Кисловодске


В конце июня, как всегда, Станиславские из Ессентуков переехали в Кисловодск, где остановились в гостинице «Россия». Но это лето оказалось полным несчастий. Сначала заболел сын Игорь, потом свалился в брюшном тифу и сам Константин Сергеевич. За время болезни ослабел. Ему не разрешают писать, и он диктует деловые письма жене и тайком от нее нарушает врачебные запреты. За границу, как советовали врачи, для полного выздоровления ехать не тянуло – «поиздержался», «дорогонько болеть в Кисловодске». Уехал отсюда только 5 декабря, удивленный, что «кругом все горы в серебре, а на деревьях почки».

В 1916 году Станиславский пишет Немировичу-Данченко, что полюбил Кисловодск и мечтает устроить в нем даже в зимние месяцы маленькую студию, чтобы «репетировать и разговаривать на воздухе об искусстве. Когда придет это время? Хоть бы дождаться…»
На глазах Станиславского развивались наши курорты, особенно Ессентуки, о которых он некогда писал: «Боже, куда я попал, в Индию, Персию или Китай?»

Память о Станиславском на Водах хранят его письма, газетные сообщения, воспоминания и, конечно же, «дорогие адреса» его курортных квартир.

 

По книге Заслуженного деятеля культуры РФ Б.М. Розенфельда «Малознакомый Кисловодск».